Александра Горяшко (alexandragor) wrote,
Александра Горяшко
alexandragor

Categories:

"Острова блаженных"* и их блаженный автор

Книгу "Как я писала Гагокнигу" я так и не написала и не надейтесь. Переходим к следующей серии - как я писала книгу по истории биостанций.

Для начала, было полным безумием в это ввязываться всё как обычно. То есть, возможно, кому-то и казалось, что книгу про это мне написать легко, потому что вот же есть уже "Литторины" и там всё есть. Эх, братцы. На "Литторинах" висят статьи, написанные 16-17 лет назад. Онегин, я тогда моложе и, как историк, определённо хуже качеством была. И много нового материала набралось за прошедшие годы. А много так и не набралось и его надо искать. И отдельные статьи на собственном сайте - совсем не то же самое, что цельная книга в чужом издательстве. Но кто, если не я, и когда, если не сейчас опять всё как обычно.

Уже в процессе работы я в какой-то момент осознала, что нахожусь в уникальном положении. Кроме собственных накопленных материалов, абсолютно по каждой из описуемых биостанций (а в книге их будет 14, прошлых и настоящих) у меня есть знакомые, к которым можно обратиться - либо непосредственно работающие/работавшие на на этих станциях, либо занимающиеся их историей. То есть не то, что мне надо искать этих людей и объяснять, кто я такая и какого рожна мне надо, а они все уже есть и мы давно знакомы. Наверное на сегодня другого человека с подобной системой связей просто не существует, так что и правда - кто, если не я.

То есть вообще-то всё это было неизбежно, но уж точно полным безумием было соглашаться на то, что книга будет готова через год. Точно зная, что минимум 2-3 месяца выпадут на полевую работу по гаге, обработку и публикацию её материалов, и точно не зная, что ещё месяц-два выпадут на паники, депрессии и прочие неудобства, вызванные перекройкой мира. ОК, сейчас я сдвинула срок сдачи книги с марта на май, хотя и в мае совсем не уверена.

Дальше про сюрпризы из серии "очевидное невероятное". По большому счету, все они были предсказуемы и если я не подумала о них заранее, то это свидетельствует только о моей глубокой умственной отсталости. С другой стороны, если бы я подумала о них заранее, то большой вопрос, взялась ли бы за книгу, так что да здравствует умственная осталость.

Писать про уже не существующие биостанции трудно - нет живых очевидцев, не у кого спросить. Писать про существующие биостанции трудно - живых очевидцев полно, но у каждого своя кочка зрения. Обижать никого не хочется, угодить всем невозможно.

Нет идеальных людей. Так тянет влюбляться в своих героев и рассказывать, какие они прекрасные. Но бац, и из каждого прекрасного непременно вылезает что-нибудь совсем несимпатичное. Очень понимаю Шноля с его желанием разложить всех на две полки (книга Шноль С.Э. Герои злодеи российской науки), но нет ни героев, ни злодеев, одни только живые люди.

И этих живых людей ужасно много. Уже на самой первой биостанции, Соловецкой, проработавшей всего-то 13 лет, побывало около 50 человек. Теперь прикиньте, что творится, например, на Картеше, которому больше 70 лет, и на ББС МГУ, которой больше 80-ти. Даже если выбирать только самых значимых (а их выбор - отдельная трудноразрешимая задача), их всё равно остается слишком много, чтобы рассказать о каждом. Поэтому рассказывать приходится лишь о единицах из десятков и сотен, понимая, что попреки от коллег в неупоминании того и этого последуют непременно.

Но и это бы ладно, страшнее другое. Все эти люди поселяются внутри моей головы - вместе со своими характерами, лицами, судьбами, отношениями и научными трудами. Независимо от того, вошли они в книгу или нет. Они все там толкутся: странный профессор Н.П. Вагнер и бабка из Пояконды М.Н. Степанова; поспевший на половину биостанций К.М. Дерюгин и отсидевший на Соловках, а потом утопившийся в байкальской проруби А.А. Захваткин; ушедшая больше 10 лет назад Г.А. Соколова и ушедшая только что Л.П. Флячинская... и далее ещё десятки имен/лиц/голосов, всё это в одной моей голове, чувствую себя вполне готовым клиентом для дурдома.

Дорогих покойников в моей голове теснят вполне живые и бодрые помощники и консультанты, у каждого из которых тоже мильон обстоятельств. Один не может прислать нужные мне фотографии потому что спускает лавины в Хибинах, другой - потому что не может добраться до дачи через снежные заносы, третий сидит без электричества в Абхазии, четвертый месяц не отвечает на письма, с пятым мы мучительно выбираем время для беседы по скайпу, ибо он в Америке,... список людей и сложностей и тут огромен до безобразия.
Человек, который отвечает на письмо сразу и внятно и сразу присылает фотографии - персонаж Красной книги (категория "находящиеся под угрозой исчезновения") и предмет моей беззаветной любви.

Фотографии - отдельная песня. Для публикации в книге фотографии должны обладать, как минимум, двумя качествами: иметь высокое разрешение, пригодное для печати и иметь разрешение уже в другом смысле - от владельца на публикацию. Совершенно поразительное для меня явление - что с этими простейшими вещами не знаком практически никто, включая вполне солидных научных работников. То есть люди совершенно искренне не понимают, в чем проблема с фотографиями, указуя мне, к примеру, на что-то размером с почтовую марку, размещенное в ВК неизвестно кем. И с пониманием технических требований к печати фотографий, и с представлением об авторских правах на них у нас какой-то тотальный караул.

А вот ещё одна удивительная штука. Современные сотрудники биостанций - и даже любители и знатоки их истории - сплошь и рядом не могут ответить на вопросы, которые кажутся элементарными. Например, о судьбах людей, с которыми они работали. Был человек и сплыл. Вроде, помер. Когда помер? Как жил до того, как помер? Как попал на станцию? - Фиг знает. А ведь 20 лет вместе работали, ну как так-то?

Это, конечно, не весь плач Ярославны, но его основные тезисы. Появление которых вызвано вынужденной паузой в работе. Мне осталось дописать про четыре станции: СПбГУ и Казанского университета на Среднем, Лапутию (вместе с Нильмой) и Черную речку. Жду ответа из Казани (двух), жду ответа из Калининграда, жду ответа из Москвы, жду поездки в Питер - поговорить с очевидцами (да, специально поеду, а куда деваться?).

И с ужасом жду по окончании всего этого взаимодействия с издательством и его редактором, который ещё хз чего захочет. Но до этого ещё дожить надо.

=============================
*"Острова блаженных" - рабочее название книги про биостанции. Не знаю, останется ли, но другого пока не слышу/вижу.
Tags: биостанции, работа
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments