Александра Горяшко (alexandragor) wrote,
Александра Горяшко
alexandragor

Categories:

Директор заповедника. Бывает же такое...

Александр Викеньевич Грибас был директором Кандалакшского заповедника с 1939 по 1944 год. Формально ровно никакого отношения к биологии, охране природы и вообще науке он не имел.

Родился в 1893 году в Риге. По специальности был зубным техником. В 1916 году его призвали в армию. Служил в Преображенском полку, где в марте 1917 года вступил в РСДРП(б). С января 1918 года - в Красной Гвардии, затем в РККА. В гражданскую войну командовал ротой, потом полком, был комендантом Екатеринбурга. После войны окончил Высшую военно-педагогическую школу, Курсы высшего командного состава РККА и продолжал служить, находясь на политической и строевой работе. В 1933 году оставил военную службу по инвалидности. Ко времени вступления в директорскую должность он имел одно легкое и один глаз, другой был искусственный. В заповеднике была его первая "гражданская" работа (В.Н. Карпович  "Кандалакшский заповедник", 1984).

Приведенный выше фрагмент из книги В.Н. Карповича долгие годы был единственным, что мы знали о Грибасе. Пока в прошлом году мне в руки не попали письма первого научного сотрудника заповедника Наталии Владимировны Мироновой. Грибас в них упоминается очень часто. И упоминается в таком контексте, что современники, знакомые с нынешними директорами заповедников, впадают в столбняк. Или не знаю, как назвать этот сложный коктейль из восхищения, зависти, горечи. Объяснить происхождение этих чувств тем, кто не знаком с ситуацией в заповедниках, не берусь, так что будем считать, что пост для своих.

На фотографиях 1941 г. (автор фото Г. Скребицкий) предположительно - А.В. Грибас. Предположительно, потому что фотографии не подписаны, а других изображений Грибаса, с которыми их можно было бы сравнить, не осталось. Но, судя по словесным описаниям внешности Грибаса, и по ряду других резонов, это всё-таки именно он.

Далее - цитаты из писем Мироновой 1940 и 1941 года.

Директор очень симпатичный и заботливый, сразу раскритиковал мою обувь, и всё время говорит о том, как бы мне устроить что-нибудь получше.

Сам он очень симпатичный, весёлого характера. Он вообще очень заботится о научных сотрудниках, а обо мне, как о женщине, особенно. Всё время читает мне наставления, категорически запретил мне выезжать куда бы то ни было одной (чего я и без него не стала бы делать), учил командовать дедом и наблюдателями, заботится о здоровье и весьма внимательно расспрашивал о моих нуждах в одежде. Просил не стесняться и если что-то нужно, прямо присылать ему записку.
Володя [Модестов, зам. по науке] говорит, что уговорить Ал. Вик. отпустить меня на зиму в Ленинград будет нетрудно, так как он всецело подчиняется мнению своего зам’а по научной части, чем совершенно не походит на других директоров.
.
Явилась на директорскую квартиру, где меня напоили чаем.
.
В 2 ч. пошла к директору. Там усадили обедать.
.
Вернувшись из города, я зашла к директору и просидела там весь вечер – хорошо и просто. Я с ним удивительно хорошо себя чувствую.
.
Он очень обо мне заботится, обещает выдать замуж, но только за научного сотрудника.
.
Ал. Вик. рассчитывает, что я останусь здесь на всю зиму и очевидно очень этого хочет, так как рассчитывает на мою поддержку.
.
Он до сих пор был военным, занимал довольно высокие посты, но потом по инвалидности (у него один глаз и одно лёгкое) не работал три года. На гражданской службе работает первый раз. Он с большим почтением относится к научным работникам и всеми силами идёт навстречу. Он сам признаётся в своем неведении в данной области, много читает, но вероятно чувствует себя очень неуверенно и ему трудно работать зимой, не имея ни одного научного сотрудника для того, чтобы с ним посоветоваться.
.
Если починена моторка, то приедет и Ал. Вик. Буду ему очень рада, так как человек он симпатичный и поговорить найдется о чём.
.

1941_1_м
А.В. Грибас и Н.В. Миронова на заповедном острове, 1941 г.

.
Ал. Вик. входит во все мелочи быта, от обуви до горшков, кадок, зеркала и т.д. Уделяет максимум внимания и вместе с этим относится с уважением, во всём считается и всё время говорит, что я располагаю и собой, и своим временем, и имею право требовать всё, что мне нужно. Могу распоряжаться наблюдателями, а в отсутствие Модестова обладаю правом решающего голоса как единственный представитель науки.
.
Получила прямо приказ от Ал. Вик. позаботиться о своих ногах.
.
Между прочим, Ал. Вик. имел раньше, как я узнала сегодня, 3 ромба!!!
[Ромб – один из знаков различия Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА, 1924-1943 гг.). Три ромба соответствовали званию командира корпуса].
.
Вечером говорили с Ал. Вик. относительно меня. Володя сказал, что считает, что мне здесь делать зимой нечего, а что в Ленинграде я смогу для заповедника собрать большой материал. Ал. Вик. очень хотел, чтобы я осталась, но очень умно ответил, что научные сотрудники находятся в распоряжении Володи, и что он может делать так, как находит нужным.
.
Александр Викентьевич потащил меня к себе обедать – ела уху из трески, с луком жареную треску и кисель из брусники.

Письмо А.В. Грибаса Н.В. Мироновой
13 января 1943 г.
Дорогая Наталия Владимировна!
Большое спасибо, что вспомнили меня – старика.
<…> Мы с Вами хотя и не много проработали вместе, но у меня остались о Вас самые лучшие воспоминания о совместной работе в заповеднике. Я был в начале войны немного обозлившись на Вас и на всех научных работников за поспешную эвакуацию из заповедника. Так жаль было свыкнуться с мыслью, что вся наша работа нарушена и все наши планы о научной работе в заповеднике рухнули на неопределенное время. Постепенно, с тяжестью переживаемого момента это сгладилось.
Извините меня ещё раз за то первое, не особенно любезное письмо, которое я написал Вам в начале войны. Часто и у меня появлялось желание эвакуироваться, как больному инвалиду. Всё же переборол себя. Стыдно было мне, старому командиру, отступать от опасностей жизни прифронтового города. <…>.
Бываю часто на Великом, мало охраны и приходится объезжать самому.. Штат очень маленький: 1 директор, 1 бухгалтер и 5 человек охраны. Сейчас зимой в охране некомплект 2 человека. Сам себе уборщик, пилю дрова, убираю канцелярию, топлю печку, иногда вставляю стёкла, когда в воздухе очень шумно…
Tags: заповедник, память и памятники
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments