Александра Горяшко (alexandragor) wrote,
Александра Горяшко
alexandragor

Categories:

Вера Чаплина в Кандалакше

Как, ну как я могла пропустить этот факт, опубликованный еще в 2015 году?! Та самая Вера Чаплина, которая Кинули и зачитанные до дыр "Питомцы зоопарка", Чаплина, чьи фотографии с львами, собаками, козами были узнаваемы и любимы как фотографии ближайших родственников, эта Вера Чаплина в 1950 году была в Кандалакше!

1. РГАЛИ, ф. 3460_1
РГАЛИ фонд № 3460, Архив Веры Чаплиной. Все следующие фотографии оттуда же.

Почему вдруг? Совсем не вдруг. С конца 1940-х годов Чаплина сотрудничала с биологом и писателем Георгием Скребицким, они написали в соавторстве несколько книг. А Скребицкий еще в 1941 году побывал в Кандалакшском заповеднике, принимал участие в полевых работах, и в 1945 году вышла его книжка об этом "На заповедных островах", так что эти места были ему хорошо знакомы.

В феврале 1950 года Чаплину и Скребицкого приняли в Союз писателей, а в апреле они подали
заявление в Правление Союза о предоставлении творческой командировки в Петрозаводск-Кандалакшу-Мурманск «для работы над книгой рассказов о природе и животных Севера». 8 мая Секретариат ССП постановляет предоставить им творческую командировку.
Георгий Алексеевич, преподающий на биологическом факультете МГУ, совместил эту командировку с вывозом на Север группы своих студентов на практику. 12 мая они выехали из Москвы в Петрозаводск, где пробыли 3 дня. 16 мая выехали из Петрозаводска в Кандалакшу, где пробыли до 2 июня; «в сопровождении местных охотников сделали ряд поездок в горы, на море, на близлежащие острова» (из Отчета о творческой командировке). /Здесь и далее использованы материалы электронной публикации Архива Веры Чаплиной/ .

В архиве Чаплиной сохранились путевые записки об этой поездке (в настоящий момент переданы в РГАЛИ). В них описан день 20 мая, который она провела в Кандалакше без Скребицкого, с местными охотниками, которые возили её на острова. Просьба! Названия островов в тексте не указаны. Если кто может точно опознать места на фотографиях, пишите в комменты!

«20/V. Сегодня с Иваном Михайловичем едем на моторке к островам. Он несколько разочарован, что едет с ним женщина. Но ничего не поделаешь. Их едет трое, я четвертая. До пристани едем на машине. Дорога прямо ужасная. Особенно по старой Кандалакше – ямы, камни, горы. Наша машина едет мимо каких-то хибар, из которых половина разваливается.
Подъезжаем к пристани. Пока Иван Михайлович, Степан Иванович и Владимир Иванович проверяют мотор, я сижу около вещей на какой-то старой перевернутой лодке и наблюдаю. Около моториста моментально собирается куча мальчишек. Несмотря на холод, они босиком и в одних рубашках, глядя на их «туалет», меня пробирает дрожь.
Моторист возится долго, что-то привинчивает, отвинчивает.
Наконец, мотор начинает кашлять, чихать… Иван Михайлович укладывает вещи, ружья, садимся и мы.
Иван Михайлович около руля, Степан Иванович с мотором, а Владимир Иванович пристраивается рядом с Иваном Михайловичем. Мне место около носовой части. Тут лучше видно и удобней сидеть.
Трогаемся в путь. Лодка отходит от берега, заезжаем на речку за пресной водой и направляемся к островам.


По дороге обнаруживается, что радиатор течет. Владимиру Ивановичу приходится сесть рядом с ним и уже всю дорогу черпать воду и пополнять радиатор водой. Мучение изрядное, но нельзя же возвращаться обратно.
Погода великолепная, тихо, кругом гладь воды и сверкающее солнце.
Наша моторка едет недалеко от берега. Мы проезжаем скалы, покрытые лесом, и выходим на открытую воду.
– Вера Васильевна, смотрите! – кричит Иван Михайлович, я поворачиваю голову и вижу вдали черную точку.
– Тюлень, – стараясь покрыть шум мотора, опять кричит Иван Михайлович, направляя к черной точке лодку. Тюлень исчезает, но тут же появляется снова. Я успеваю разглядеть усатую, похожую на собачью, голову, потом он ныряет и уже появляется где-то совсем в стороне и далеко.
Тюленей нам попадается много. Один подпускает к себе близко, другие далеко. Но все с одинаковым любопытством следят за нашей лодкой.
Немало встречаем и птиц. Они плавают небольшими стайками около островов, но близко нас не подпускают. Очевидно, их пугает шум моторки. Впрочем, моторку боятся не все. К гагунам [самцам гаги], если не ехать прямо на них, можно подобраться довольно близко. Они вытягивают головы, смотрят, но не слетают, и только если лодка слишком близка, поднимаются и улетают.
Много и уток. Они, пролетая высоко-высоко над нами, очевидно, летят на озера.
Мы выехали в 8 вечера, а теперь уже час ночи [21 мая], и однако совсем светло [с 1-2 июня в районе Кандалакши начинается полярный день]. Погода тихая, но вот поднимается легкий ветерок, вода зарябила, побежали белые гребешки. Заморосил дождь. Иван Михайлович правит лодку к берегу. Издали виден маленький бревенчатый домик. Из трубы тянется дымок.

2_1

– Занято, – досадливо машет рукой Иван Михайлович.
Подъезжаем к берегу и идем к домику. Заходим. Внутри полутемно. Горит железная печка, и, загораживая единственное окошко, сидят двое.
Разговорились. Оказывается, два местных охотника приехали на тетеревиный ток.
Владимир Иванович идет разжигать костер, и через 10 мин. приходит со вскипевшим чайником. Пока он хлопочет около стола, я выхожу наружу.
Кругом ели, сосны, на земле мох и, куда не посмотришь, камни. Дождь перестал и слышно, как токуют тетерева. Их урлыканье слышится далеко кругом и кажется, что они где-то в одном месте. Но если прислушиваюсь, то начинаю различать несколько голосов, поют где-то слева от хижины. Иду туда, не прошла и двух десятков шагов, как где-то рядом с шумом взмахивает тетерев и исчезает в лесу. Я смотрю ему вслед и возвращаюсь назад.


Там меня ждет накрытый стол и горячий чайник. Садимся за еду. Я основательно проголодалась и каким вкусным кажется черный хлеб с горячей водой и сахаром вприкуску. И как хочется после плотной закуски хорошенько отдохнуть в теплой избе на нарах. Но Иван Михайлович дает указание ехать дальше. И хотя мне очень хочется хоть часок уснуть, но не хочется показаться слабой, и я вместе с ними спешу в дальнейший путь.
Дальше идет дорога опять между островов. Одни из них покрыты лесами, другие голыми скалами торчат из воды. Выезжаем в открытое море. Тут было притихший ветер усиливается снова, и маленькая рябь переходит в большие волны. Наша лодка то ныряет вниз, то вылетает вверх, и холодные брызги воды обкатывают меня с головы до ног.
Иван Михайлович правит куда-то далеко вперед. Там среди этого пенящегося водного простора чуть виден маяк. Я догадываюсь, мы едем туда, на этот остров с маяком, где среди его скал и камней гнездится гага.
Мне немного страшно среди этого водяного, бушующего простора на маленькой утлой лодчонке, снабженной мотором. Кажется, что она и не двигается, а только прыгает на одном месте.
Но приглядываясь, вижу как все же приближается скалистый островок с маяком. Мне кажется, что не будет и конца пути. Солнце поднялось, оно стояло уже над нами, а мы все плыли и плыли, прыгая с волны на волну.
Но вот и желанный берег. Иван Михайлович искусно вводит моторку за скалу, в маленькую бухточку. Степан Иванович выключает мотор и, когда лодку подносит к берегу, Владимир Иванович ловким прыжком выпрыгивает на камень, удерживает ее у берега.
Быстро, стараясь не отстать от них, выскакиваю из лодки и я. Вот когда оценила даже этот скалистый островок, на котором еще лежит по ущельям снег. Вытаскиваем вещи. Степан Иванович прикрепляет лодку и, нагруженные рюкзаками, мы поднимаемся по ущелью вверх. С маяка поднимаются, зловеще каркая, вороны, и им визгливым криком вторят чайки.


Я не умею это передать, но было что-то очень красивое. Скалистый остров, маяк, бушующие седые волны, два ворона над маяком, потревоженные людьми и вторящие их карканью чайки.
Владимир Иванович сразу берется за костер. У него все это выходит удивительно ловко и быстро, пока Иван Михайлович раскладывает палатку, уже весело постреливает огонь.
Пресная вода здесь только дождевая, сохранилась в глубине скал. Ее там немного, и приходится вычерпывать кружкой. Пьем чай, закусываем и отправляемся через маленький узкий перешеек на соседний островок, к птичьему базару.


Подпись: Остров "Маяк", на привале.

Птиц не видно, но уже издали слышим гуканье гагунов. Подходим ближе. Я напрасно стараюсь разглядеть хоть одну птицу. Их совсем не видно среди скал.
Но едва мы переходим через перешеек, как стая гаг взлетает над островком и, сделав несколько кругов, улетает в море.
Мне очень хочется найти хоть одно гнездо гаг, чтобы его посмотреть. Но Иван Михайлович говорит, что еще рано, и гаги еще не сели на гнезда. В доказательство он показывает на отлетевших гагунов, среди которых много самок. Ничего не поделаешь.
Возвращаемся обратно. Очень трудно переходить через узкий длинный перешеек. Начался прилив, и теперь можно было перейти лишь по отдельно торчащим из воды камням. Приходится прыгать с камня на камень. Я стараюсь не отстать, но все же это очень трудно. Наконец перебрались к месту стоянки. Мои спутники пошли обойти островок, вдруг да попадется утка или кайра. У меня же нет сил идти дальше, и я остаюсь у костра.
Мои спутники, захватив ружья, скрываются в глубине острова. Я стелю пальто и ложусь, даже не выбирая места, тут же на камнях. Все-таки очень тяжело почти двое суток не спать.
Очень неудобно лежать на камнях, особенно когда один из них давит тебе куда-то в бок, но нет сил повернуться и лечь поудобней. Я засыпаю.

Сон у меня крепкий, но чуткий. И едва заслышав шаги возвращающихся охотников, я просыпаюсь.
Ужасно не хочется вставать, эх, полежать бы еще на этих острых камнях, но надо ехать, иначе мы сегодня не вернемся домой. А Ивану Михайловичу надо ведь утром на работу [22 мая – понедельник].


Мой сон был очень хорошим: всего 1 ½ часа и все-таки я чувствую себя куда бодрее.
– Что, устали? – смеется Иван Михайлович, бросая около костра двух уток.
– Ну, что вы, – спешу разуверить его я, торопясь посмотреть добычу. Подходят и остальные. Они тоже не с пустыми руками. У Владимира Ивановича морская тетера [турпан], а у Степана Ивановича две кайры.
Они складывают добычу в лодку, и мы едем в обратный путь. Волны гораздо тише, и море утихло. Тарахтит мотор, и, разрезая воду, наша моторка отправляется назад.
Обратная дорога кажется нам куда ближе…»
Tags: Кандалакша, память и памятники, чужое прекрасное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments