Александра Горяшко (alexandragor) wrote,
Александра Горяшко
alexandragor

Красота - страшная сила

Чему меня мама вовсе не учила. А учила она меня другому: "Не все то золото, что блестит". Причем ни она, ни я в момент обучения не понимали, насколько то и другое связано, и насколько то и другое про нас с ней.


Это вот мы с ней и есть. Рекламная, практически, картинка.

Нижеследующий текст будет о том, что я думаю о страшной силе красоты, которая по мне со всей этой силой проехалась. Честно предупреждаю, что текст может быть неприятен тем, кто мою маму знал и питал по ее адресу иллюзии, поэтому им, наверное, и читать-то дальше не стоит.

Мама, как видите, была хороша собой. И, как не видите, но уж поверьте на слово, отнюдь не глупа. Что важнее, свои достоинства она любила, холила и лелеяла, и умела подать. И все бы ничего, если бы кроме своих достоинств она любила бы еще кого-нибудь. Ну, вот хоть меня, на правах ребенка. Но увы, никого, кроме себя и своих достоинств, мама не любила. Но - красота страшная сила! - разве мог кто-нибудь такое предположить, глядя в это очаровательное лицо?

Перескочу сразу через 16 лет от момента, когда была сделана фотография. Я заканчиваю школу, это новая для меня школа и в ней новая подруга. То есть с моей биографией подруга пока не очень-то знакома, хотя уже не первый день знакома со мной. И вот новая подруга в первый раз пришла ко мне домой, в гости. Мы сидим у меня в комнате и разговариваем. Через некоторое время раздается деликатный стук в дверь. И заходит моя мама. С красной розой. Розу она дарит мне. Как бы между прочим, в душевном порыве. А с подругой моей знакомится, заводит милую свойскую беседу, по-девчачьи с нами хихикает, и наконец удаляется с "но не буду вам мешать". Моя новая подруга остается не просто очарованной, она остается в состоянии классического барана, остолбеневшего от внезапно нахлынувшей любви. Она больше ни о чем не может говорить, кроме того, какая у меня прекрасная мама. Она покорена и куплена с потрохами. И, хотя меня она знает уже несколько месяцев, а мою маму только пять минут, но когда я говорю ей, что все это было - театр одного актера, что мама никогда в жизни не стучала, прежде чем зайти ко мне, что мама вообще-то спит и видит, как от меня избавиться, и я уже предупреждена, что как только мне исполнится 18, меня перестанут кормить, потому что перестанут приходить алименты от отца, и немедленно начнут разменивать квартиру, чтобы меня отселить, подруга не верит ни единому моему слову. Просто не верит, и все. "Этого не может быть", - говорит она. Красота - великая сила. И умение ею пользоваться - тоже.

В общем, я могу понять подругу. На новенького моя мама производила сильное впечатление. И даже не на новенького, тоже производила. Она очень ловко умела жонглировать потоками информации, предъявляя каждому только то, что представляло ее образ в максимально выгодном свете. Поэтому даже подруги, знавшие ее многие годы, после ее смерти совершенно искренне говорили мне, что "мама тебя очень любила".
Хотя уж они-то прекрасно знали, как моментально мама сплавила меня сначала в детский сад на пятидневку, а потом в интернат. Знали, - но как будто и не видели. Очарованные хорошо продуманным образом мамы-любящей-страдающей в разлуке с ребенком, и просто вынужденной отдать кровиночку в сов.дет.учреждения, потом что... А вот почему, собственно, никто как-то и не задумывался. Может быть, не говори она столь высоким штилем о любви ко мне, не гляди она столь пркрасными глазами, подруги и успели бы трезво рассудить, что в общем-то никаких таких непреодолимой силы обстоятельств, чтобы сдавать крошку в интернат, у мамы нет. Но - красота страшная сила, до рассуждений, похоже, дело не доходило.

Я, между прочим, тоже была довольно долго очарована мамой. И довольно долго по-детски гордилась, что мама у меня такая красивая. Пока бесконечные одинокие интернатские ночи со слезами под одеялом и одинокие же, встреченные в интернате дни рождения кое-чему меня не научили. Пониманию, что мне, в общем-то, плевать, красива ли мама, мне важно, чтобы она меня не бросала. А она-то меня как раз и бросает.

Между прочим, все мои детсадовские, а потом школьные воспитатели-учителя-директора тоже очень любили мою маму. Фокус с розочкой экспромтом действовал безотказно. Она впархивала, вся такая красивая и трогательная, и называла всех этих теток исключительно по имени-отчеству, но в уменьшительно-ласкательной форме. Мариночка Борисовна. Верочка Ивановна. Тетки таяли.

Я трудно и долго переживала осознание ее нелюбви. Но, в общем, пережила, человек - зверюшка живучая. Потом мне предстояло пережить еще и следующий этап - знакомство с ее жадностью и ложью, с тем, что она легко обворовывала меня в свою пользу (если уж называть вещи своими именами). Это было не просто переварить, что называется, разум не вмещал. Но вместил и это в конце концов. И только одно еще очень долго не укладывалось у меня в голове: как же это люди, с которыми она общается, не видят, с кем имеют дело?! А они не видели. И большинство так и не увидели до самой ее смерти. Красота - страшная сила?

Однако, по прошествии многих лет и по очень большому счету, могу сказать, что маме я благодарна. Урок она мне преподала один, но зато очень основательный - не верить ни очаровательной внешности, ни красивым словам. Прозревать за ними суть, так сказать, вещей. Крайне полезное в жизни умение, рекомендую.
Tags: семейное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 42 comments