?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Но не нынешние, которых всякий турист фотографирует, а прошлые. Есть два интересных текста, первый из которых к тому же на русском не публиковался. С него и начнем.

И. Римшнайдер. Жизнь птиц на побережье Белого моря (Из дневниковых записей летней поездки 1897 года). Перевод Н. Штильмарк

Первое, что бросается в глаза посетителю монастыря, это знаменитые соловецкие серебристые чайки (Larus argentatus Brünnich, Larus cachinnans Pall.). Они окружают корабль еще в то время, когда он только подходит к острову, окружают его – плавают и летают вокруг, нетерпеливыми криками выпрашивают подачки и без всякого страха стремительно хватают брошенные им кусочки хлеба. Стоит посетителям ступить на землю острова – и дальше шага не сделать, чтобы не встретиться с чайками, обитающими в монастыре.



Монастырь для них – основное место пребывания, их дом, здесь они вылупляются из яиц, здесь кормятся, здесь строят гнезда и высиживают потомство. В других частях острова им практически нечего делать. А здесь они вьются вокруг жилых построек монастыря, ожидая подачек от проходящих людей (и обычно их ожидания оправдываются), сидят на крышах, толпятся вокруг мусорных куч, лишая малочисленных голубей их ежедневного пропитания, собираются большими стаями во дворах.В общем, их видно повсюду. Нигде они не испытывают страха перед людьми, совсем наоборот, выпрашивая еду, они почти наступают вам на пятки, становятся назойливыми, порой доходит до того, что они залетают даже в дома. Насыпанную на подоконник пищу они расхватывают мгновенно, еще до того, как человек успеет отойти от окна. Однажды после обеда чайка влетела через окно в нашу комнату, схватила первый попавшийся предмет со стола – в тот раз это оказалась вилка – и сразу вылетела тем же путем. На улице она выпустила из лап вилку, как только убедилась в том, что она несъедобна, и монах, который был с нами в комнате, поспешил спуститься, чтобы вернуть свою собственность. Впрочем, это славное зрелище – стаи больших и красивых птиц, чувствующих себя среди людей в полной безопасности.

С первого взгляда было видно, что я приехал слишком поздно, чтобы наблюдать гнездование и выведение птенцов серебристой чайки. Уже не было ни одной кладки, все птенцы вывелись (кто-то раньше, кто-то позже), часто можно было видеть почти взрослую молодежь в юношеском пере. Большая часть, правда, была еще в пуховом оперении и, судя по размерам, различного возраста. Нередко я был свидетелем своеобразной картины, когда чайка-мать водила по двору своих двух-трех птенцов совсем как наседка. Мне бросилась в глаза одна такая группа, в которой двое птенцов были намного крупнее третьего. Я не смог понять, был ли этот третий приемышем или просто вылупился позже остальных. Если и в обычных ситуациях чайки не проявляли страха перед людьми, то самки с подросшими птенцами порой вели себя агрессивно, даже злобно. Порой чайки-матери атаковали детей приезжих паломников, играющих, ничего не подозревая, на дворе монастыря. Чайки нападали внезапно, клевались, так что испуганные дети с плачем обращались в бегство. По отношению к взрослым людям птицы вели себя более сдержанно, однако при приближении людей к их птенцам начинали гневно кричать и принимать угрожающие позы. На каждом из четырех эркеров крыши монастырской конюшни устроено по одному гнезду серебристых чаек, в каждом – два-три птенца. Видимо, они проведут там все время, пока у них не отрастут маховые перья настолько, что они смогут летать. У их сверстников, которые вывелись на земле, для игр и прогулок куда больше места.

4

Монахи сообщают, что залпы старых орудий, которые укреплены на стенах монастыря[1], каждый раз вызывают сильное волнение в колонии чаек. С оглушительным криком все птицы поднимаются в воздух и проходит довольно долгое время, прежде чем они успокоятся. Но ни в какой ситуации монахи не убивают чаек. Изначальное дружественное отношение к животным, радость лицезрения доверчивых и красивых созданий понудило когда-то монахов закрыть глаза на те маленькие неприятности, которые приносили чайки во время орудийных залпов. Сознание того, что присутствие столь доверчивых птиц в их монастыре – редкое исключение, заставило монахов продолжить и развить эту традицию и навело в дальнейшем на мысль возвысить серебристую чайку до статуса символа монастыря. На зданиях монастыря развеваются флаги с изображением серебристой чайки, то же изображение украшает рыболовецкие снасти.


Случевский К.К. По Северу России. СПб., 1888.

Вся святыня, вся древность монастыря сосредоточена вокруг внутреннего двора обители, обращенного в сад; густо насаженные и обрезанные березки и рябины образуют картины, окруженные деревянным заборчиком; дорожки между них уложены плитняком, и тут, на этих дорожках, где день и ночь топчутся богомольцы, имеет место нечто исключительно редкое, характерное. Это — монастырские чайки. Они очень велики, с гуся, и почти совершенно белы. Они налетают весной, с Благовещенья, и расселяются по монастырю. Ко времени нашего приезда они только что вывели детенышей, называемых здесь чебары; гнезда их расположены вдоль дорожек, устланных плитняком; они видны и в зелени куртин, и вне монастыря по холмикам и кочкам на самых торных местах, на крышах, подле стен. Гнезда эти в полном смысле слова лежат под ногами проходящих, вечно толкущихся тут людей, и их старательно обходят; нам довелось видеть не только что птенцов, но и самое появление их на свет из яиц, и чайка, уверенная в своей безопасности, только покрикивает, сидя на гнезде и, подняв голову, любуется людьми, ее обступившими.

2

Чайки, по отзыву монахов, отлетают по осени на север. Куда?
Едва ли найдется где-либо на свете что-нибудь похожее на соловецких чаек. Крик их резок и неприятен, не умолкает ни днем, ни ночью; говорят, что они очень мстительны, и человеку, их обидевшему, приходится страдать очень оригинальным, но действительно неприятным способом.
Каждая из чаек имеет свое гнездо и весною возвращается непременно к нему. От монастыря они корму не получают, но обилие пресных озер и морской рыбы с их фауной дает им полное обеспечение.
На многих из монастырских деревянных поделок, на ложечках, перечницах и т.п. фигурирует изображение белой чайки с ее серенькими крыльями, желтым клювом и темноватым хвостом.




[1] Здание монастыря построено в традициях старого военного укрепления. Залпы орудий иногда осуществляются с целью подачи сигнала или салюта.

Comments

( 5 comments — Leave a comment )
prokhozhyj
May. 20th, 2016 07:58 am (UTC)
Тут ещё и крачка на второй фотографии :).

P.S. А полные библиографические ссылки на исходники есть? Я бы дал, вдруг кому пригодится.

P.P.S. И удивило упоминание хохотуньи. Она же, вроде, южная?

Edited at 2016-05-20 11:01 am (UTC)
alexandragor
May. 20th, 2016 08:01 am (UTC)
Отдельный оттиск из орнитологического ежемесячного журнала «Немецкого общества охраны птиц», XXVI, №5, С. 172 и далее, 1901
Доктор медицины И. Римшнайдер, Ринген, Лифляндия.
Жизнь птиц на побережье Белого моря
(Из дневниковых записей летней поездки 1897 года).

Это немецкий оригинал. Русский перевод есть, но не опубликован. Но очень увлекательный на мой вкус. Я его сейчас Бардину предложила в РОЖ. Или куда его определить? Там 30 стр.
alexandragor
May. 20th, 2016 08:02 am (UTC)
По видам там надо еще раз перевод проверять. В процессе.
prokhozhyj
May. 20th, 2016 08:05 am (UTC)
Так латынь же.
alexandragor
May. 20th, 2016 08:06 am (UTC)
Когда латынь, то все на совести доктора медицины Римшнайдера))
( 5 comments — Leave a comment )

Profile

tasha
alexandragor
Александра Горяшко
Website

Tags

Page Summary

Latest Month

September 2018
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner