May 13th, 2015

tasha

Кто интересовался про белые ночи

Так они еще не начались. В половине первого ночи вид из окна был таков

0
Питерцы, у вас это кличут белыми ночами?)

Тоись, это вам кажется, что светло. А на самом деле солнце еще заходит и восходит. Расписание солнца на ближайшие дни



Для меня, с моей гелиозависимостью, это ужасно. Потому что организим мой, по независящим от меня причинам, желает засыпать с закатом, а просыпаться с восходом солнца. И делает он это везде и всегда, как бы по-дурацки график солнца ни выглядел. Так что ночь нынче у меня состоит из серии попыток договориться с организмом на поспать еще немножко.

Зато когда светило перестает метаться туда-сюда и зависает над горизонтом на постоянно, тут только я и начинаю спать по собственным потребностям. Тут-то и наступают белые ночи...

Г.Александров. Полночь
Фото Г.Александрова. Полночь
tasha

За дверью напротив. Из историй Хохловского переулка

Опрометчиво я вчера поздравила Мишку. Стоит начать вспоминать, и процесс уже не остановить. Особенно, когда начинаю вспоминать Хохловский переулок...

С начала 1930-х гг. семья моих дедушки и бабушки жила в доме №15 по Хохловскому переулку. В 3 подъезде, на 5 этаже (ох, как мне, мелкой, тяжело было взбираться на этот 5 этаж пешком), в кв. 18. Квартира была коммунальной, но очень щадяще коммунальной. Всего-то трехкомнатная, в которой две комнаты, окнами в переулок, занимала наша семья, а в третьей, по другую сторону коридора, жила тетя Катя.

Я мало помню эту тетю Катю. Остался образ высокой худой пожилой женщины в очках. Очень одинокой, никогда не видела. чтобы к ней кто-то приходил. Очень молчаливой, не помню, чтобы она с кем-то из взрослых в квартире разговаривала. Со мной, мелкой, иногда разговаривала, но только если мы с ней оказывались на кухне вдвоем, без свидетелей. Кажется, я ее немножко побаивалась, одиночество и молчаливость делали ее непонятной. И в ее комнате я никогда не была - то ли прямо запрещали, то ли просто не приглашали. Помню только, как жадно заглядывала в приоткрытую дверь этой комнаты, когда тетя Катя заходила-выходила. Ведь жутко же интересно, что так близко, всего лишь через коридор, за дверью напротив нашей, есть какой-то совсем иной и незнакомый мир. В памяти остался только подсмотренный в щель кусочек круглого стола и свисающая с него скатерть с бахромой. Да и то, если память не врет.

В квартире с тетей Катей я прожила с 0 до 7 лет, когда дом наш расселили, так что больше совсем ничего про тетю Катю не сохранилось. Уже несколько подросшей мне родственники периодически говорили, что у тети Кати была племянница Лена, и "неужели ты не помнишь, она ведь заезжала в гости"? Нет, я не помнила. Да и с чего бы? Племянница Лена была взрослая тетя, возраста моей матери, и сам факт ее существования я запомнила только потому, что в связи с ней вечно звучало название газеты "Пионерская правда". Она работала в "Пионерской правде", а во времена моего детства была от газеты командирована на несколько лет в Новосибирск. Вот и все, что я знала о Лене.

Лена, Лена Павлова, снова возникла в моей жизни в 2003 г., когда я - непростительно поздно - стала собирать информацию про своего дедушку. Прямые родственники к тому времени или умерли, или безвозвратно потерялись, и про дедушку мне рассказывали его ученики и две бывшие соседки по Хохловскому переулку: Полина Гринберг и Лена Павлова. Это было так удивительно, все, что они рассказывали. Мир, который для меня сохранился только в виде разрозненных отрывочных воспоминаний, большей частью даже неоформленных, в виде звуков, теней на стене, для них был совершенно реальным, полным всяческих подробностей. Рассказывая о моем дедушке они рассказывали и о моей маме, с которой дружили с детства, и о себе, ведь жизни их были, как оказалось, очень тесно переплетены. Вот тогда, выспрашивая о какой-то подробности из жизни своей семьи, я впервые услышала от Лены Павловой о том, что было за дверью напротив в нашей квартире, кроме круглого стола:

"Можешь поверить моим тетушкам, которые в жутком страхе, трясясь, жили в этой квартире, как сестры врагов народа, державшие на руках дочь врагов народа, которую им запрещено было удочерять, п.ч. детей врагов народа удочерять нельзя. Я знала, что всем положено иметь папу и маму. И говорила, что у всех папа и мама, а у меня Зиночка и Катюша. А тетушка работала в Министерстве финансов… Поэтому кто бы когда бы ни приходил в дом, все зналось, все сидели и тряслись".
Collapse )